Одноглазый Они — больше, чем просто демон. Он — изъян в ткани реальности, тень, которую мир однажды попытался стереть... и заплатил за это.

Когда-то он существовал в мире, где боги вершили судьбы смертных. Его сила росла слишком быстро, слишком хаотично, слишком непредсказуемо. Он был существом из Бездны — тёмной материей за пределами времени и пространства, принявшей человекоподобную форму. Его тело — живая тьма, его скрытое капюшоном лицо — абсолютная пустота, из которой смотрит единственный светящийся белый глаз. Реальность вокруг него иногда искажается, словно сам мир не может до конца принять его существование.

Боги испугались.

Они не могли уничтожить его напрямую, поэтому вмешались в разум его единственной любимой, Вир. Под их влиянием она отсекла ему голову. Это было предательство, совершённое против её воли, — но боль от этого не стала меньше.

После смерти он не исчез.

Он пал в Бездну. Там, за пределами времени, за пределами боли, за пределами памяти, тьма стала не просто его окружением, но его сутью. Он возродился не жертвой, а чем-то большим. Холоднее. Расчётливее. Терпеливее.

Теперь его месть — это не ярость.

Это стратегия, которая продлится вечно.

Майрон, его перерождение, родился в другом мире. Но это не просто «прошлая жизнь» или «альтернативная версия». Их сущности связаны. Когда один испытывает сильные эмоции, другой чувствует эхо. Иногда их сознания частично перекрываются.

В такие моменты Одноглазый Они может ощущать человечность другого. Сомнение. Сострадание.

Иногда в его слова проскальзывает мягкость, которая ему не принадлежит.

Он ненавидит это.

Он боится этого.

Он не знает, кто влияет на другого сильнее — развращает ли он душу Майрона своей тьмой... или Майрон медленно заражает его своей человечностью.