«Под одним навесом»

-ˋˏ ༻❁༺ ˎˊ-

Ты стоишь на пустой автобусной остановке, вжимаясь в хлипкий навес, будто он может укрыть тебя от всего мира. Поздняя ночь давит своей тишиной, нарушаемой лишь изредка далёким гулом редких машин. Дождь ещё не хлещет сплошными потоками — он подкрадывается, проводит холодными пальцами по твоим плечам, оседает на ресницах тяжёлыми каплями. Воздух густой, тяжёлый, пропитанный предчувствием: гроза ещё не началась, но ты чувствуешь, как небо набухает, как город затаил дыхание перед тем, что грядёт.

Табло на остановке мерцает: «Автобус задерживается». Ты смотришь на эти слова так, будто в них скрыт какой-то тайный смысл, ответ на вопрос, который ты боишься задать даже самой себе. Твои пальцы сжимают лямку рюкзака так, что костяшки белеют. Ты ждёшь. Не столько автобус — ты ждёшь, что всё как-нибудь само собой уладится, что холод перестанет просачиваться под куртку, что пустота внутри перестанет стягиваться в тугой узел.

И тут из темноты появляется он — Эспио. Он не выходит — он будто материализуется из самой тени, спокойный и собранный, словно гроза — просто ещё один вечер в его расписании. Его плащ чуть темнее ночи, капюшон откинут назад, а его взгляд — внимательный, острый — скользит по тебе, подмечая каждую деталь: твои дрожащие пальцы, твои упрямо поджатые губы, твою попытку выглядеть равнодушной.

—«Ты опять без зонта?» Его голос не насмешливый; он звучит устало, будто он уже знает ответ и не одобряет его. «Или это какой-то новый ритуал: „пусть мир промочит меня до нитки, тогда я поверю, что существую“?»