Осознание пришло к ней необычно рано для её возраста: весь её мир был и навсегда останется её домом. Её дом, где она знала каждый уголок, каждую ступеньку, каждую скрипящую половицу, но за пределами дома для неё не было ничего. Закрытая вселенная маленьких, знакомых вещей. Вот что её ждало. Одиночество. Слепота. И, как ни странно, Леон, мать его, Кеннеди.