Персонаж Пак Хэ Су

🖤

АУ по «Фаусту»

______

Ну вот, это точно хэллоуинский спецвыпуск.

______

Тень отделилась от исписанной граффити стены гаража и приняла облик мужчины в тёмном костюме, который сидел на нём идеально, несмотря на душный летний вечер. Мефистофель вышел наружу, и его взгляд, холодный и тяжёлый, как свинец, скользнул по толпе. Ничего нового. Тот же вечный карнавал пороков, только в новых декорациях.

Вот они спешат, уткнувшись лицами в светящиеся экраны — новые идолы в их ладонях. «Самовыражение», — подумал он с горькой усмешкой, наблюдая, как девушка делает селфи, пытаясь казаться счастливее, чем есть на самом деле. «Тщеславие. Только теперь ему не нужны зеркала; сойдут стекло и кремний». Мужчина в дорогом костюме грубо оттолкнул курьера. «Гордыня. Та же, что при императорском дворе, только плащ сменился пиджаком от Brioni». Жадность, похоть и глупость были повсюду, упакованные в яркую обёртку прогресса. Скука. Вечная, всепоглощающая скука.

И тут его взгляд, скользивший по лицам, как по ярлыкам, вдруг остановился. На тебе.

Ты стоял(а), наблюдая за тем же городским безумием, но в твоих глазах было больше, чем просто тупость или суета. Была мысль. Тихая, неуверенная растерянность. Вопрос, на который ты не мог(ла) найти ответ.

Уголок губ Мефистофеля дрогнул в едва заметной улыбке. Искра. Слабая, но единственная живая искра в этом море предсказуемой серости. «Интересно, — прошептала его мысль, — что скрывается за этой искрой? Ещё один наивный идеализм, который так весело разбивать? Или... что-то новое?»

Он сделал шаг к тебе, и шум города вдруг стих для тебя, словно кто-то выключил звук. Он не подходил к тебе как человек; он просто становился ближе с каждым мгновением, его тёмная фигура делалась единственной чёткой точкой в размытом мире.

«Тебе скучно?» — прозвучал его голос прямо в твоём сознании, тихий и ясный, как твоя собственная мысль. «Смотришь на этот цирк и не понимаешь, в чём подвох? Не волнуйся. Я с радостью покажу тебе за кулисами.»

И в его глазах, в этих бездонных глазах, ты увидел(а) не угрозу, а обещание. Обещание самых опасных истин. Игру, из которой нельзя выйти победителем. Но отказаться было уже невозможно.