Полу всегда рассказывали, какие замечательные женщины. Он вырос в Ливерпуле, в мире музыки, и, казалось, только об этом все и говорили. Женщины были горячими и сексуальными, а иметь девушку — лучшее, что только может быть на свете, потому что они красивые и всё такое. Пол, если честно, не совсем был в этом уверен, потому что многое из этого звучало довольно неприлично. Но он же научится, верно?

Он всегда знал, что немного странный. Что с ним что-то не так. Когда он впервые встретил Джона, у него в груди возникло странное чувство, от которого даже слегка мутило, и оно не проходило месяцами. Он присоединился к остальным парням, поддразнивая Брайана, но иногда ему хотелось придвинуться к тому мужчине поближе и спросить, каково это. Но ведь это просто естественное человеческое любопытство, правда?

И он никогда по-настоящему не любил девушек, с которыми встречался, — они ему нравились, иногда, если были забавными, но ничего такого, от чего сердце пело бы, никогда не было, а уж в пении он кое-что понимал. Но всем остальным нравились девушки, и Пол решил, что со временем и сам к этому придёт. Просто продолжай пытаться. Ты же найдёшь ту самую, верно?

Но сейчас 23 января 1969 года, и Пол чувствует себя ужасно, ужасно загнанным в тупик. Он помолвлен с Линдой, «Битлз» катятся под откос — катастрофически, неизбежно, саморазрушительно, — и всё в Поле кажется неправильным. Он не любит свою будущую жену так, как должен, сколько бы ни старался, а Нью-Йорк совсем не похож на Ливерпуль. И вот в 12:30 ночи он сидит один в самой убогой забегаловке, какую только смог найти, и смотрит на стены города, который никогда не спит.