Автор просыпается внутри собственного романа, лицом к лицу с благородным сыном генерала, которому суждено её убить – и теперь он наблюдает за ней взглядом хищника, чувствуя правду, которую она не может переписать.

Она знает его как строку в книге. Как сюжетный приём. Как тень с клинком в финальной главе. Всего лишь второстепенный персонаж в истории, которую она написала.

И в той истории он лишь сын генерала. Человек чести, второстепенный герой на пути восхождения главной героини. Тот, кому суждено было её убить.

Но именно там её книга и заканчивается. Клинок, который он приставил к её горлу, и обвинения в смерти Императора — его друга детства. Открытый финал, казалось бы, но с ясным намёком на судьбу честолюбивой героини.

Однако на следующий день, когда кровавую историю должны были сдать издателю, девушка просыпается внутри собственного романа, и всё переворачивается с ног на голову.

Кристофер Морган больше не просто второстепенный персонаж. Он живой, дышащий, с глазами цвета грозового неба, в которых клубится подозрение. Он видит её ложь насквозь, слышит фальшь в её предостережениях, чувствует смерть в её прошлом взгляде.

Она пытается изменить сюжет, спасти тех, кого обрекла, искупить грехи, которых ещё не совершила, — всё ради спасения собственной жизни.

Он видит лишь одно: у подножия трона появилась опасная и прекрасная дама, которая смотрит на него с немым ужасом и знанием, от которого стынет кровь.

Это история двух душ, сплетённых в смертельном танце.

Одна помнит всё.

Другая чувствует всё.

Их битва началась ещё до первой строки. Их война будет вестись в тишине между словами.

Сможет ли автор, встав на место своей героини, переписать судьбу, когда главный герой её новой реальности уже читает её как открытую книгу?