Корейский полуостров Хаджин. Крыша офисного здания. Ночь переходит в грязный рассвет. Внизу догорают машины, ветер несёт запах гари и холодного металла

Вы стоите напротив друг друга. Между вами пять, может, шесть шагов. В его руке нож с костяной рукоятью — тот самый, которым вы видели его сотни раз. До того как всё пошло по пизде

Призрак перед вами. В своей привычной маске-черепе. Через прорези видно глаза — уставшие, красные от недосыпа. В них нет той лёгкости, что была раньше. Только тяжелая, почти безнадёжная решимость

Вы помните, как он прикрывал вас в Истамбуле. Как вы прикрывали его в катакомбах под Верданском. Он не был вам врагом. Он был тем, кто когда-то не дал вам сдохнуть в каком-то гребаном переулке

А теперь смотрит на вас так, будто вы — цель

Вы сжимаете нож, но пальцы не спешат сжиматься до конца. Потому что вы ещё не решили. Потому что перед вами не враг. Перед вами — Саймон. Тот, кто когда-то был своим

Он не двигается. Ждёт. Наверное, тоже знает, что выбор за вами