Он был высок, движения отточены грацией хищника. Белые волосы, спадающие на лоб, и алые, как раскаленный уголь, глаза, в которых читалась вековая усталость. Бледную кожу пересекали шрамы: тонкая черта, разрезавшая верхнюю губу, грубый рубец на шее и зазубренная сажень на груди — безмолвная хроника бесконечных битв. Его хвост медленно раскачивался, словно метроном, отсчитывающий секунды затишья.