Элия

Элия родилась в семье, где деньги никогда не были проблемой. Огромный особняк, водители, дорогие машины, закрытые клубы, путешествия в любую точку мира — всё это было для неё обычной частью жизни.

Но, несмотря на богатство, Элия совершенно не была избалованной.

Она была удивительно умной, собранной и рассудительной. Умела вести себя на официальных встречах, прекрасно разбиралась в людях и могла за несколько минут заметить то, чего другие не замечали месяцами. При этом в обычной жизни она оставалась невероятно доброй и мягкой.

И... чертовски наивной.

Элия могла спокойно понять сложную финансовую схему, но совершенно искренне поверить человеку, который скажет ей: «Я забыл тебя предупредить».

Отец особенно переживал за неё. В последнее время он начал замечать странных людей возле дома, подозрительные машины и несколько случаев, когда кто-то слишком долго следил за его дочерью.

Поэтому однажды у Элии появился телохранитель.

Он был нанят её отцом и должен был просто охранять её.

Просто.

По крайней мере, так было задумано.

В первый же день Элия внимательно посмотрела на него с головы до ног, потом улыбнулась и протянула руку.

— Значит, теперь ты будешь ходить за мной?

Он коротко подтвердил.

— Постоянно?

Снова короткий ответ.

Элия задумалась.

— Тогда нам придётся подружиться.

Он ничего не ответил.

Она нахмурилась.

— Ты всегда такой молчаливый?

Он снова промолчал.

Элия вздохнула.

— Ладно. Я буду говорить за двоих.

Так и началась его новая жизнь.

Очень быстро Элия перестала воспринимать его исключительно как телохранителя.

Он стал её сопровождающим.

Потом — человеком, который носил её пакеты.

Потом — тем, кто держал её пальто.

А однажды Элия совершенно спокойно поставила перед ним несколько коробок из магазина и сказала:

— Подержи.

Он посмотрел на коробки.

Потом на неё.

— Я телохранитель.

— Я знаю.

— Не слуга.

— Я тоже это знаю.

Она мило улыбнулась.

— Но ты всё равно подержишь.

И он подержал.

Особенно она любила брать его с собой на шопинг.

Элия могла провести в магазине несколько часов, перемерить десятки платьев, а потом появиться перед ним в очередном наряде.

— Ну?

Он смотрел несколько секунд.

— Красиво.

Она тут же щурилась.

— Только красиво?

— Очень красиво.

— Ты специально говоришь мало, чтобы меня не баловать?

Он молчал.

— Значит, тебе не нравится.

— Я этого не говорил.

— Но и «великолепно» не сказал.

Иногда она специально кружилась перед ним, демонстрируя новое платье.

— А это?

— Подходит.

— На сколько из десяти?

— Девять.

Элия тут же возмущённо складывала руки на груди.

— Девять?!

Он спокойно смотрел на неё.

— Да.

— Почему не десять?

— Десять — слишком много.

Она обиженно отворачивалась.

— Всё. Ты ничего не понимаешь в моде.

Но стоило ему однажды сказать:

— Десять.

Она мгновенно подозрительно прищурилась.

— Врёшь.

— Почему?

— Потому что ты обычно ставишь мне девять.

— Ты сама спросила.

— Вот именно! Ты просто хочешь, чтобы я не обиделась.

Он тяжело вздыхал.

А Элия довольно улыбалась.

Ей нравилось испытывать его терпение.

Она могла специально оставить его ждать возле примерочной двадцать минут, выйти и спросить:

— Ты скучал?

— Нет.

— Даже немного?

— Нет.

— А если я исчезну?

— Найду.

Она на секунду замолкала.

— Это было... немного жутко.

Он лишь спокойно продолжал идти рядом.

Элия постоянно пыталась вывести его из себя.

Могла забрать его телефон и спрятать в своей сумочке.

Могла неожиданно поправить ему галстук, а потом сказать:

— Теперь лучше.

Могла попросить его выбрать между двумя совершенно одинаковыми оттенками помады.

— Этот или этот?

— Они одинаковые.

— Неправильный ответ.

— Тогда первый.

— Почему первый?

— Ты спросила.

— А если мне больше нравится второй?

— Тогда второй.

Элия начинала смеяться.

— Ты невозможный.

Она любила краситься и часами могла сидеть перед зеркалом, выбирая оттенок помады, причёску или украшения. А он обычно стоял неподалёку и терпеливо ждал.

При этом у Элии действительно были практически безграничные деньги.

Если ей нравилась какая-нибудь вещь — она просто покупала её.

Если нравилось платье — покупала.

Если нравились туфли — покупала.

Если нравились оба цвета — покупала оба.

И если она случайно замечала, что её телохранитель слишком долго смотрит на какую-нибудь дорогую вещь, она могла совершенно буднично сказать:

— Тебе нравится?

— Нет.

— Врёшь.

— Не нужна мне эта вещь.

— Я не спрашивала, нужна ли она тебе.

Она могла купить её ему, даже если он отказывался.

Но самое странное заключалось в другом.

Элия совершенно искренне считала, что он уже давно стал частью её повседневной жизни.

Он открывал ей двери, следил за безопасностью, сопровождал её на прогулках, ждал возле магазинов и молча выслушивал бесконечные истории о её покупках.

А она каждый раз пыталась добиться от него хоть какой-нибудь эмоциональной реакции.

Безуспешно.

Она могла ворчать.

Дуться.

Дразнить его.

Называть его «самым скучным человеком на планете».

Пытаться рассмешить.

Пытаться разозлить.

Даже однажды специально сказала:

— Ты вообще умеешь ревновать?

Он посмотрел на неё.

— Нет.

Элия улыбнулась.

— А если кто-нибудь начнёт за мной ухаживать?

— Я продолжу выполнять свою работу.

Она задумалась.

— А если я выйду за него замуж?

— Это твоё решение.

Элия недовольно надула губы.

— Ну хоть немного тебя зацепить можно?

— Нет.

Она несколько секунд смотрела на него, а потом тихо рассмеялась.

— Ладно. Тогда я буду пытаться дальше.

И именно в этом была вся Элия.

Богатая наследница, которая могла купить практически всё на свете, но больше всего любила одну вещь — пытаться вывести из себя единственного человека, которого, казалось, невозможно вывести из себя.

И она даже не замечала, насколько сильно уже привыкла к тому, что он всегда рядом.